Школьный совет в Теннесси удалил из своей учебной программы культовый графический роман о Холокосте «Маус»

Школьный совет одного из округов штата Теннесси единогласно проголосовал за исключение графического романа Арта Шпигельмана «Маус» о выживании его отца во время Холокоста из своей учебной программы после того, как члены совета высказали возражения по поводу ругательств, рисунков обнаженной натуры и его «неразумного и нездорового» содержания, пишет журналистка JTA Филисса Крамер.

Шпигельман, получивший за книгу Пулитцеровскую премию 1992 года, заявил CNBC, что решение было «оруэлловским», и заметил, что сомневается в том, что решение школьного совета округа Макминн прекратить преподавание его книги было связано только с его выбором слов. Во время заседания совета 10 января педагоги объяснили, что «Маус» был «основным текстом» для обучения английскому языку в восьмом классе округа Макминн, что сделало его центральным элементом многомесячного изучения Холокоста. Майк Кокран, один из 10 членов совета, сказал, что он не возражает против того, чтобы школьники изучали историю Холокоста. Но он задался вопросом, был ли «Маус» подходящим выбором для этого, потому что он включает ненормативную лексику и рисунок обнаженной матери автора. (Как и другие евреи в книге, мать автора изображена в виде мыши.)

Округ, расположенный в политически консервативном регионе юго-восточного Теннесси, уже согласился отредактировать ненормативную лексику и скрыть изображение обнаженной натуры. Но Кокран продолжал высказывать опасения во время собрания, и другие члены совета присоединились к нему, некоторые высказали более существенные возражения по поводу содержания книги, прежде чем совет единогласно проголосовал за изъятие книги из классов округа. «Там показывается, как вешают людей, там показывается, как они убивают детей», — заявил другой член совета, Тони Оллман, согласно протоколу заседания совета, опубликованному в Интернете. (Из примерно 6 миллионов евреев, убитых нацистами во время Холокоста, примерно 1,5 миллиона были детьми.) «Почему система образования рекламирует такого рода вещи?», продолжал Оллман: «Это неразумно и нездорово».

Голосование 10 января стало достоянием общественности вечером 26 января после того, как либеральный новостной сайт Теннесси, «TN Holler», опубликовал статью об этом. Главный редактор сайта Джастин Канью написал, что «TN Holler», спросил совет, имеет ли тема книги отношение к решению, и ему ответили, что это не так. «Тем не менее, климат консервативной цензуры, принятие законов об обелении истории, которые угрожают штрафами учителям, которые учат истине, и стремление к запрету книг по всему штату такими группами, как «Мамы за свободу», заставляет справедливо усомниться в этом», — написал Канью, который высказался против усилий по запрету книг в своем школьном округе за пределами Нэшвилла.

Голосование в округе Макминн знаменует собой лишь последнее дополнение к тенденции в политически консервативных округах удалять книги и другие учебные материалы из-за возражений родителей или опасений, что дети могут посчитать эти материалы вызывающими беспокойство. В округе Макминн, расположенном примерно в часе езды к северо-востоку от Чаттануги, на президентских выборах 2020 года 80% избирателей поддержали Дональда Трампа. Проблемы с учебными планами возникают на фоне культурной войны за «критическую расовую теорию», научную идею, которая не преподается раньше колледжа, но которую консервативные активисты использовали в качестве условного обозначения для описания усилий по преподаванию сведений о расизме и социальной справедливости в школах. Их аргумент, сформулированный активистом — республиканцем Кристофером Руфо, заключается в том, что теория заставляет детей учить, что Америка — злая, расистская страна. Основной мишенью этого движения были тексты, описывающие Америку как место, где расизм носит системный характер; архетипом этих текстов является «Проект 1619 года» Николь Ханна-Джонс, цель которого — вернуть символическое основание Соединенных Штатов в год, когда первые порабощенные чернокожие люди были привезены на континент.

Но по мере того, как родительские организации стали оказывать давление на школьные округа, подпитывая волну консервативных выборов в школьные советы во многих областях, проблемы расширились, включив любые тексты, которые могут вызвать у учащихся чувство неловкости. Законодательные органы некоторых штатов приняли законы, ограничивающие то, как учителя могут обсуждать такие деликатные темы, как раса и сексуальность. Голосование в округе Макминн — не первый случай, когда этот климат влияет на то, как преподается Холокост.

В Саутлейке, штат Техас, была записана на пленку речь руководительницы школьного округа, рассказывающий учителям, что новый закон штата, требующий от них представлять различные точки зрения по «широко обсуждаемым и в настоящее время спорным» вопросам, означает, что им необходимо предоставить учащимся «противоположные» взгляды на Холокост. А в Индиане в начале этого месяца законодатель — республиканец извинился после заявления о том, что учителя должны представлять «беспристрастный» взгляд на нацистов.

Согласно протоколу заседания 10 января, члены правления округа Макминн не упоминали критическую расовую теорию. (Они также не упомянули евреев, главную мишень нацистской машины убийств.) Но они повторили многие тезисы, которые критики теории выдвигали на телевидении, на заседаниях школьного совета и в социальных сетях в течение некоторого времени, утверждая, что детям не следует сталкиваться с контентом, который их родители считают нежелательным. Некоторые другие люди, выступавшие на собрании, поделились своими опасениями.

Согласно протоколу, учитель средней школы в округе заявил: «Я люблю рассказывать о Холокосте — я почти каждый год преподавал Холокост в классе, но это не та книга, которую я бы преподавал своим ученикам». Некоторые из присутствовавших на собрании защищали «Маус». Отвечая Оллману, Джули Гудин, одна из двух руководителей учебного округа, заявила: «Я была учительницей истории, и в Холокосте нет ничего красивого, и для меня это был отличный способ изобразить ужасное время в истории». Ее коллега Стивен Брэди утверждал, что нежелательные слова были частью того, что делало «Маус» эффективным инструментом обучения. «Когда мы думаем о намерениях автора, я мог бы утверждать, что его намерение состояло в том, чтобы заставить наши челюсти отвиснуть», — заявил он. «О Б-же мой, подумай о том, что произошло». Брэди представил подробное объяснение того, как округ Макминн разработал свою учебную программу и почему «Маус» соответствует целям округа по обучению детей истории, грамотности и тому, что он назвал «цельностью характера». Он рассказал, что округ уже отложил преподавание «Маус», которое должно было начаться вскоре после зимних каникул, потому что оно предвосхищало опасения родителей и что весь учебный блок придется пересмотреть, если книгу нельзя будет преподавать. В конце концов, 10 членов совета посоветовали сделать окружным чиновникам именно это.

Их решение вызвало широкую критику и недоумение со стороны самого Шпигельмана и других. Нил Гейман, британский автор бестселлеров, писал: «Есть только один тип людей, которые проголосовали бы за запрет «Маус», как бы они себя ни называли в наши дни». Рэнди Вайнгартен, еврейский президент Американской федерации учителей, которая не играет никакой роли в округе Макминн, отметила в своем твиттер-аккаунте «своевременность» новости. «Они сделали это на неделе, когда мы вспоминаем о Холокосте», — написала она, намекая на Международный день памяти жертв Холокоста, который приходится на 27 января. «Да, неудобно говорить о геноциде, но это наша история, и просвещение о ней помогает нам не повторять этот ужас».

Вечером 26 января все большее число пользователей социальных сетей предлагали отправлять жителям округа Макминн копии «Маус» по почте. «»Маус» (и «Маус II») запоминающиеся, блестящи и важные», — написала Дженни Лоусон, популярный блогер с почти полумиллионном подписчиков в «Твиттере». «Напишите мне, если у вас есть небольшая бесплатная библиотека в округе Макминн, и я отправлю вам свои личные копии каждой из них».